Русский
драматический театр Литвы

75 сезон

Иногда хочется бунтовать. Интервью с актером Валентином Новопольским

Ингрида Рагяльскене, „7 meno dienos" Nr. 25 (1390), 2021-06-25

3. Valentinas Novopolskis spektaklyje Idiotas. L. Vansevicienes nuotr.

Валентин Новопольский – Рогожин в спектакле «Идиот», снимок Л. Вансявичене

Пусть во время нашего разговора актер Русского драматического театра Литвы (РДТЛ) и утверждает, что не знает, что такое современный театр, но творческая биография актера, которому 19 июня исполнилось сорок лет, говорит об обратном. В 2004 г. Новопольский закончил Литовскую академию музыки и театра, руководителем его курса была режиссер Даля Тамулявичюте. С 2005 г. актер играет в РДТЛ, снимается в кино. В 2013 г. был награжден «Золотым сценическим крестом» как лучший актер года за главную роль в спектакле Йонаса Вайткуса «Ёлка у Ивановых». Также был дважды награжден «Серебряным журавлем»: в 2014 г. за лучшую второстепенную роль в фильме «Ненастоящее время» (реж. Миколас Вильджюнас) и в 2020 г. за главную роль в фильме «Олег» (реж. Юрис Курсиетис). В 2021 г. Новопольский вместе с актерским ансамблем в спектакле «Республика» (реж. Лукаш Тварковски) Литовского национального драматического театра был удостоен награды «Золотой сценический крест» и стал лауреатом Литовской национальной награды кино в номинации «Лучший актер» за главную роль в фильме «Олег».

Как на протяжении пятнадцати лет менялось Ваше отношение к профессии? Как бы Вы охарактеризовали миссию актера в современном мире?

За это время само отношение к профессии почти не изменилось. Как Даля Тамулявичюте привила нам определенное отношение к актерскому мастерству, так я и стараюсь честно его придерживаться. Возможно, не всегда получается, но стремлюсь я именно к этому. Отношение не изменилось, но появились вопросы. В последнее время я много размышляю о формулировке «актер служит в театре». Думаю о той «службе». Почему именно это слово? Слуга и творец – кажется, совсем несочетаемые вещи, люди в армии служат… Противоречивое понятие. Служа, ты подчиняешься приказу, не обдумываешь его. В армии ты можешь подниматься по карьерной лестнице, а в театре эта «служба» странная. Пока ты молод, служить легче. Когда ты сам знаешь мало, то легко поверить тому, что тебе говорят другие. Но время идет, ты приобретаешь опыт и слепо верить во что-то становится все сложнее. А иногда хочется бунтовать. Когда я смотрю на актеров старшего поколения, то вижу много не реализованных надежд. Люди не кажутся счастливыми, материально обеспеченными. Это вызывает тревогу... Когда ты служишь, тебя легко обмануть, воспользоваться тобой. Ты только исполняешь указания. Все зависит от твоего «генерала». На самом деле, актеры репертуарного театра недостаточно самостоятельны: они очень зависят от режиссеров, руководителей, министерства культуры и других учреждений, но прослужив 30-40 лет становятся никому не нужны. Только в честь юбилея получают благодарственную грамоту от министра, который подписывает ее, даже не зная указанного в ней актера. И не обязан знать. Просто это какая-то странная сохранившаяся традиция. Фарс.
Конечно, есть и исключения. Но судьба большинства актеров драматична, если даже не трагична. Поэтому хочется научиться служить умно. И достойно. Я не мыслю такими категориями как «миссия». Актер балансирует между шутом и пророком. Театр – это и просто работа, и нечто до сих пор мною не понятое. Но, может быть, не все актеры должны понимать то, что они делают. Например, я до сих пор не знаю и не могу понять, как мы слышим звуки и видим изображение, но это не мешает мне смотреть и слушать. Чудо театра, скорее всего, еще сложнее и непонятнее, что не мешает актерам и зрителям постоянно встречаться во время этого странного ритуала.

Необходима ли вера в театр?

Если ты веришь в то, что делаешь, это очень помогает. Всегда и везде. Вера помогает преодолевать сложности и сомнения, которых у актера предостаточно.  

Как Вы себя чувствуете в современном театре: и как зритель, и как творец?

Я не знаю, что такое современный театр. Возможно, не знаю контекст, хотя сейчас можно увидеть спектакли из разных стран. Когда много работы в своем театре, то времени не хватает. В кино немного проще, а смотреть записи спектаклей трудно. В чем проявляется современность? В острых темах, новых технологиях? По крайней мере, я, играя последние несколько лет, с особыми новинками не сталкивался. Все то же самое: люди рассказывают истории, пытаются что-то понять про самих себя. Разве этого недостаточно, чтобы спектакли был интересными?
Может быть, выделялся спектакль «Республика» Литовского национального театра драмы. Его современность выражается в том, что нет сцены и цельности повествования. Но и это не ново. Так же – «Великое зло» в постановке Арпада Шиллинга (Árpád Schilling). Он поднял вопрос, как сегодня надо общаться со зрителем. В театре поиск «новых форм» происходит постоянно, это нормальный процесс. Я не являюсь сторонником какого-то одного театра и всегда открыт для чего-то нового. Пробовать можно все: движение, поиск – источник жизни и достоверности театра.

Как Вы пережили карантин, вынужденную театральную паузу?

Я думаю, что могу жить и без театра. Мне не хватает времени на себя и семью, поэтому во время карантина я с удовольствием отдыхал. С другой стороны, я – ужасный лентяй, поэтому только большая нагрузка на работе поддерживает мою актерскую форму и жизнь. Театру было отдано много лет. Вся жизнь и быт каким-то образом обязательно связаны с театром, репетициями и спектаклями. Я мало что умею делать, помимо театра. Я знал, что рано или поздно мы вернемся на сцену, поэтому просто ждал. Работая в репертуарном театре, я мог позволить себе такую роскошь, в отличие от самозанятых актеров.

Как проводите свой день перед выходом на сцену?

В репертуарном театре бывает так, что спектакль мы играем и после полугодового перерыва. Репетируем много. Бывает, что без выходных играем четыре давно не показываемых разных спектакля. Не знаю, хорошо это или плохо. Просто такова наша реальность, и мы к ней приспосабливаемся. Редко, когда получается перед спектаклем сделать полноценную качественную репетицию. Это уже вопрос твоего профессионализма. Хотя иногда кажется, что в подобном конвейере невозможно всегда работать качественно. Перед сложным спектаклем – хотя бы выспаться. В кровати перед сном я мысленно повторяю спектакль. Придя в театр, вспоминаю, о чем хочу играть на сцене, – это важно. Отлично, если у меня есть время еще и спокойно перечитать текст. Других каких-то особых подготовительных ритуалов у меня нет. Я открыт и восприимчив к тому, что происходит в тот день на сцене: к новостям партнеров, звукам и запахам именно этого дня…

Какое будущее ждет Русский драматический театр в Литве?

Я давно спрашиваю себя об этом. Будет, как будет. Я, видимо, не из тех людей, которые что-то могут поменять. Стараюсь поддерживать свой «огонь» до тех пор, пока не пришли «они». Я верю, что наш театр имеет право на существование и может быть интересен всем зрителям, независимо от их родного языка.

Наш театр, пожалуй, в большей степени, чем другие театры Литвы вынужден балансировать между творчеством и политикой. Это создает дополнительное ненужное напряжение, а могло бы создать дополнительные творческие порывы и импульсы. Я не чувствую большой заинтересованности или поддержки из России. Хотя театральная культура там фантастична. Почти все самые яркие театральные люди Литвы – Тамулявичюте, Вайткус, Туминас, Някрошюс – учились именно там. Что уже говорить о том, сколько они вырастили актеров, режиссеров. Казалось бы, что и у нас есть возможность дальше общаться и черпать вдохновение и опыт, но не получается. Мне кажется, что это происходит из-за недальновидности, страха и низкого культурного уровня государственных служащих. Правительству Литвы мы тоже в общем-то не очень нужны. Они вспоминают о нас только тогда, когда на выборах надо обойти другого кандидата. Я уже несколько раз слышал фразу: «Ой, Валентин, ты не знаешь, как там все работает, там все не так просто». Я верю, что не знаю. Но не думаю, что ничего нельзя сделать. Необходимы только смелость и умение, которых, возможно, не хватает и им, и нам. Вот мы и стараемся никого не разозлить и не обидеть. Глупо и досадно. Я не хочу сказать, что во всем виноваты политики. Каждый из нас виновен в том, что он не выполняет свою работу должным образом. Чем больше театр, тем сложнее все контролировать.  Большая вероятность, что кто-то чего-то не сделает или сделает не так. Спектакли Някрошюса объездили и поразили весь мир, хотя со спектаклем работало всего несколько человек. Это был Обслуживающий персонал – с большой буквы «О», а не просто «служащие».

Я вижу еще одну проблему: Литовская академия музыка и театра не готовит профессионалов по всем театральным профессиям. Но это проблема уже не только Русского драматического театра Литвы. Театры вынуждены не только принимать людей на работу, но и обучать их, знакомить с уникальной спецификой работы.

Как бы то ни было, этот театр – мой дом, в нем живут мои коллеги, однокурсники, сотрудники театра, которых я знаю уже много лет. Репертуарный театр предоставляет актеру много возможностей. Здесь, как и в государстве, все хорошо обдуманно: президент, сейм, выборы, социальное страхование, но не всегда все работает так, как было задумано. Мир не идеален. Я переживаю из-за проблем нашего театра, но как их решить – я не знаю. Я просто стараюсь хорошо и честно выполнять свою работу.

Мне повезло: я играю и в спектаклях других театров, работаю с разными режиссерами. Также снимаюсь в кино. Это позволяет мне не утонуть во внутренних конфликтах и проблемах, смотреть на вещи шире.

Расскажите о своих самых новых ролях и готовящихся работах в театре и кино.

Я недавно сыграл в дебютном полнометражном художественном фильме Ирмы Пужаускайте «Девятый шаг». Думаю, он выйдет в следующем году. Еще есть небольшие кино и телепроекты в Латвии. Если все будет хорошо, еще снимусь в фильме Титаса Лауцюса «Парад» (Paradas) и в итоговой магистерской работе Йоруне Грейчюте –короткометражном фильме «Поездка» (Išvyka).

Вы становитесь разборчивым в выборе роли? Что обуславливает Ваше решение работать к каким-то определенным режиссером или командой?

Чаще всего на роли нас назначают. Мы же на службе, помните? Хотя сейчас в театре, насколько я знаю, будут пробовать ввести более демократичную систему отбора: «кастинг» и пробы актеров. Но я за шестнадцать лет в театре всего несколько раз видел, когда актеру было разрешено отказаться от роли. И это казалось чем-то очень необычным. Точно также лишь несколько раз видел, когда актеру, не назначенному на роль, было разрешено работать над ролью, репетировать и, в конечном итоге, – играть на сцене.

А в кино я несколько раз отказывался, хотя это было очень сложно, потому что, когда тебя приглашают на кастинг, ты чувствуешь себя так, будто выиграл в лотерею. Ведь это возможность не только поработать с другими людьми, но и заработать. Но в связи с тем, что недостатка в работе у меня нет, а огромных денег нам все равно не платят, я иногда отказываюсь от одной или другой работы, потому что все успеть невозможно. А иногда ты просто не видишь, чтобы ты мог дать этой роли или что-то взять из нее.

Поскольку основным моим местом работы все еще является Русский драматический театр Литвы, я должен сверяться с репертуаром театра, смотреть на свою занятость в спектаклях. По этой причине тоже пришлось отказаться от нескольких проектов. Но если появляется что-то очень интересное, то всегда стараюсь договариваться с театром. До сих пор нам удавалось найти компромисс.

Могли бы Вы сказать, какая роль, о которой Вы мечтаете, еще ждет своего воплощения? Что бы Вы хотели получить в подарок в честь своего дня рождения?

У меня нет роли мечты. Интересных персонажей в литературе и жизни – бесконечное множество. Слишком много всего. Или, может быть, я просто слишком мало читаю. Поскольку я больше привык получать роль, чем брать ее, то у меня нет такого инстинкта – искать и мечтать. С другой стороны, я почти на все смотрю как на потенциальный материал, который может быть использован в создании спектакля или фильма. Из тех, что когда-то хотел создать, но не удалось – «Маленький господин Фридеман» Томаса Манна. Небольшая новелла. Еще обучаясь на актерском, хотел как-то ее инсценировать или снять.

Я уже много лет не получаю подарки. Не праздную день рождения. Как-то не получается… Подарком мог бы быть хороший футбольный мяч. Или – возможность научиться чему-то новому, что я еще не умею. В этом году я планирую своих знакомых попросить пожертвовать деньги на дом престарелых.

Спасибо за беседу.

 

6. Valentinas Novopolskis spektaklyje Idiotas. L. Vansevicienes nuotr.

Рогожин в спектакле «Идиот», снимок Л. Вансявичене

10. Valentinas Novopolskis spektaklyje Rusiskas romanas. L. Vansevicienes nuotr.

Лев Толстой в спектакле «Русский роман», снимок Л. Вансявичене

15. Valentinas Novopolskis spektaklyje Eglute pas Ivanovus. D. Matvejevo nuotr.

Няня в спектакле «Ёлка у Ивановых», снимок Д. Матвеева

a1 8. Valentinas Novopolskis spektaklyje Tryliktas apastalas arba Debesis kelnese. D. Matvejevo nuotr.

Поэт - обыкновенный молодой человек в спектакле «Тринадцатый апостол, или Облако в штанах», снимок Д.Матвеева

13. Valentinas Novopolskis spektaklyje Triusis Edvardas. G. Skaraitienes nuotr.

Кролик Эдвард в спектакле «Кролик Эдвард», снимок Г. Скарайтене

 

Оригинальный источник Kartais norisi maištauti (7md.lt)