Русский
драматический театр Литвы

72 сезон

Спектакль «Семь красавиц» (реж. Йонас Вайткус)

Восток Йонаса Вайткуса: тоска по мудрости
Шаруне Тринкунайте, Menų faktūra, 2015-11-10

А режиссер Йонас Вайткус всё делает по-своему. Он не говорит о России, терроризме, войне и прочих текущих сегодняшних актуальных вопросах... Он принципиально отступает - в поэзию Низами Гянджеви, в древнюю Персию, в гарем шаха Бахрама первой половины V века, где семь Шахерезад рассказывают ему свои чувственно-мудро-нравоучительные сказки.

«Семь красавиц» Русского драматического театра погружают в совсем другой мир, красочный, экзотический мир Востока, мир глубокой и афористичной мысли, сочного поэтического слова, изысканных, нежныхи мягких звуков, изящной пластики рук, медленного, по-своему торжественного движения, специфической, балансирующей между эротической чувственностью и медитативным аскетизмом атмосферы, etc.

Так и подмывает добавить: прежде чем шагнуть в этот мир, нужно обязательно вытереть ноги.

И всё же: «Семь красавиц» Йонаса Вайткуса - это далеко не просто бегство. Как бы это не было отдаленно, но они, я бы сказала, в определенном смысле продолжают разговоры о том, что Арпад Шиллинг называет «большим злом». Только на вопрос о «большом зле», который в финале ясно формулирует Бахрам (Валентин Круликовский) - «Откуда разрушенье, / Что за причина страшного смятенья?», у «Семи красавиц» есть ответ. Он простой. Его еще в самом начале произносит архангел Джабраил (Гядиминас Седерявичюс): «Только истины познанье к жизни приведет».

«Семь красавиц» - это своеобразное приглашение верить в уничтожение «большого зла» и воскрешение «большого добра» - большой правды, большой духовности, большой совести, большой мудрости.

В центре этого приглашения - сам Низами (Валентин Новопольский), серьезный, сосредоточенный, магнетизирующий рассказчик (alter ego режиссера), постоянно присутствующий, спокойный, беспристрастный наблюдатель (идеальный зритель), дервиш / старший дервиш, исполняющий своеобразный ритуал искупления-(само)очищения - чтобы Бог «даровал же ныне радостный конец». Как прекрасно в финале Валентин Новопольский исполняет экстатический танец дервишей - суфийское кружение! - одно восхищение. Но в принципе Низами Новопольского - неразличимый, непрозрачный, словно уже давно отрешившийся от тех семи куполов этого мира, от которых учится отрешаться его герой (последователь).

Бахрам учится, путешествуя по семи своим замкам невиданной красоты, по семи своим красавицам-принцессам, по семи сказкам, рассказываемым принцессами, в которые он эмпатически окунается: становится героем этих сказок. В символическом путешествии по «раю страстей» этого мира Бахрама сопровождают архангел Джабраил, постоянно напоминающий о Боге, и черный демон - Гость, Малиха, Шерр, Визирь (Владимир Дорондов), напоминающий о постоянном соседстве греха. В этом путешествии Бахрам взрослеет - просыпается от беззаботного сна: очищается, обретает мудрость, убивает своего черного визиря и «поворачивает ухо к вечным ценностям».

В этом смысле историю «макбетизации» - компрометации и гибели - правителя, которую совсем недавно еще раз напомнил «Борис Годунов» Эймунтаса Някрошюса, «Семь красавиц» Йонаса Вайткуса словно переворачивают с ног на голову: они рассказывают историю его самоочищения - его «йоги».

Конечно, можно сказать: ну, еще одна сказка... Но можно - и по-другому: вполне оригинальный этический императив.

***

С другой стороны, «Семь красавиц» - это не про сказки и не про императивы. Я бы сказала, что они - про театр.

Если говорить точнее, то «Семь красавиц» - это необычайно интересный жанровый театральный эксперимент (хотя сама категория «эксперимента» этому спектаклю не совсем подходит). А именно: они словно отказываются повиноваться однозначной логике жанра и постоянно меняют жанровые лица, переступают жанровые границы; или - свой жанр обозначают как мульти-жанр. Если говорить конкретнее, то путешествие Бахрама по разным цветам/ разным странам / разным правдам - это и путешествие Йонаса Вайткуса по разным территориям театральных жанров / видов - музыкального, танцевального, кукольно-масочно-теневого, светово-цветового, хорового, литературно-повествовательного, комического мини-интермедийного, театра в театре, etc.

Результатом этого путешествия Йонаса Вайткуса (в котором - это нужно обязательно подчеркнуть - ему достойно помогают композитор Альгирдас Мартинайтис, хореографы Таир Эйнуллаев и Леокадия Дабужинскайте, художник Дайва Самаяускайте и, конечно же, актеры Русского драмтеатра - прежде всего, как группа /хор) стала увлекательная и убедительная muzi-choreo-vizu-drami-epo-poema.

А на самом деле можно сказать и так: «Семь красавиц» - это своеобразная попытка вернуть потерянное ощущение театра как единого целого, театра как органичного мультидисциплинарного места - своеобразный neo-gesamtkunstwerk.


Оригинальный источник: http://menufaktura.lt/?m=1025&s=61122#gsc.tab=0

Фотограф - Дмитрий Матвеев